Николай Васильевич Гоголь велик, и что для меня особенно дорого — многообразен. Я знаю нескольких Гоголей и лично мне особенно близок тот — кто предъявил миру наших доморощенных бесов. Выцарапал из нашего естества, и они до сих пор мечутся между нашим сознанием и подсознанием, строя нам уморительные рожи и побуждая к неразумным поступкам.

До Чехова и Достоевского никто, кроме Гоголя, в русской литературе не разобрался столь блистательным образом с потаенными чертами нашего характера, и что главное — нашими вечными комплексами, которые надобно было бы выдавливать из себя по капле, но… Все (почти по Гоголю) «как-то недосуг. Все что-то мешает».

Драматургия Гоголя — наше великое культурное достояние. И нерешительность Агафьи Тихоновны из «Женитьбы», что собирает желанный образ мужа из разных компонентов и, конечно, необычайное стремление Подколесина что-то изменить в своей жизни, потому что кругом «такая скверность», что хочется уже что-то… что-то изменить, на что-то решиться… сразу! Но самое главное все-таки — в самый ответственный момент выпрыгнуть в окно. Кстати, почти все нынешние реформы развиваются именно по этому сценарию.

Спектакль «Женитьба» оказался для московского театра «Ленком» желанным и любимым. Вероятно, сам Гоголь помог нам собрать на сцене Леонида Броневого, Александра Збруева, Александру Захарову, Инну Чурикову, Татьяну Кравченко, Виктора Ракова, Дмитрия Певцова, Ивана Агапова. Честно говоря, я не ожидал, что зрительный зал будет столь часто взрываться аплодисментами. Прежде всего, в адрес Гоголя. Но в какой-то мере и в адрес «Ленкома»

Марк Захаров